Приглашаем посетить сайт

Александра Никитина. Знакомство с театром на уроке.
Урок № 1. Образы барокко в сонетах Шекспира

ТЕАТР БАРОККО И КЛАССИЦИЗМА

Александра НИКИТИНА

Урок № 1

Образы барокко в сонетах Шекспира

Первый урок, посвященный театру XVIII века, как это ни странно, не связан с театром напрямую. Это скорее мостик между эпохами. Когда мы занимались театром Возрождения, уже упоминали, что образы барокко зреют в его недрах. Сонеты Шекспира, может быть, наиболее насыщены этими образами. Но ученикам в начале занятия мы ничего об этом не говорим, а сразу приступаем к делу.

Когда дети входят в класс, парты там стоят следующим образом. Часть столов, выстроенная вплотную друг к другу вдоль самой длинной стены напротив окон, закрыта тканью или бумагой. По овалу расположены пять рабочих точек. Каждая представляет собою два стола, придвинутых друг к другу, и 5–6 стульев вокруг. На каждом столе лежит кусочек картона определенного цвета.

Напечатанные крупным шрифтом сонеты 23, 66, 74, 76 и 130 мы наклеиваем на плотный цветной картон (как на столах). Каждому стихотворению — свой произвольно выбранный цвет. В этих пяти сонетах отразились почти все основные темы, и проблематика барокко звучит в них с максимальной силой. Теперь, когда у каждого стихотворения своя цветовая рубашка, мы разрезаем стихи так, чтобы каждому ученику досталось по одному фрагменту.

Например, если детей в классе 25, то каждый из пяти сонетов мы разрезаем на 5 частей. Все части мы смешиваем в одной коробке, откуда каждый из детей достает один фрагмент. Дальше, в полном молчании, только показывая друг другу рубашки и фрагменты текста, ребята должны объединиться в пять групп и собрать доставшийся им текст.

Когда текст собран, группа должна распределить между собой строки так, чтобы в чтении вслух принимал участие каждый. У групп есть 1 минута на репетицию. Текст должен звучать таким образом, чтобы казалось, будто его читает один человек, а логика и дыхание нигде не рвутся.

Каждая группа слушателей должна постараться записать на своем рабочем листке:

• какие герои, персонажи упоминаются в каждом из стихотворений;

• какие предметы и атрибуты упоминаются в каждом из стихотворений;

• какие образы и сравнения употребляются в каждом из стихотворений;

• какой теме или проблеме, с точки зрения слушателей, посвящено каждое из стихотворений.

РАБОЧИЙ МАТЕРИАЛ
№ 1


СОНЕТЫ
(перевод С. Маршака)


23

Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли, –

Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела.

Так пусть же книга говорит с тобой.
Пускай она, безмолвный мой ходатай,
Идет к тебе с признаньем и мольбой
И справедливой требует расплаты.

Прочтешь ли ты слова любви немой?
Услышишь ли глазами голос мой?

66

Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж
Достоинство, что просит подаянья,
Над простотой глумящуюся ложь,
Ничтожество в роскошном одеянье,

И совершенству ложный приговор,
И девственность, поруганную грубо,
И неуместной почести позор,
И мощь в плену у немощи беззубой,

И прямоту, что глупостью слывет,
И глупость в маске мудреца, пророка,
И вдохновения зажатый рот,
И праведность на службе у порока.

Все мерзостно, что вижу я вокруг...
Но как тебя покинуть, милый друг!

74

Когда меня отправят под арест
Без выкупа, залога и отсрочки,
Не глыба камня, не могильный крест –
Мне памятником будут эти строчки.

Ты вновь и вновь найдешь в моих стихах
Все, что во мне тебе принадлежало.
Пускай земле достанется мой прах, –
Ты, потеряв меня, утратишь мало.

С тобою будет лучшее во мне.
А смерть возьмет от жизни быстротечной
Осадок, остающийся на дне,
То, что похитить мог бродяга встречный.

Ей — черепки разбитого ковша,
Тебе — мое вино, моя душа.

76

Увы, мой стих не блещет новизной,
Разнообразьем перемен нежданных.
Не поискать ли мне тропы иной,
Приемов новых, сочетаний странных?

Я повторяю прежнее опять,
В одежде старой появляюсь снова.
И кажется, по имени назвать
Меня в стихах любое может слово.

Все это оттого, что вновь и вновь
Решаю я одну свою задачу:
Я о тебе пишу, моя любовь,
И то же сердце, те же силы трачу.

Все то же солнце ходит надо мной,
Но и оно не блещет новизной!

130

Ее глаза на звезды не похожи,
Нельзя уста кораллами назвать,
Не белоснежна плеч открытых кожа,
И черной проволокой вьется прядь.

С дамасской розой, алой или белой,
Нельзя сравнить оттенок этих щек.
А тело пахнет так, как пахнет тело,
Не как фиалки нежный лепесток.

Ты не найдешь в ней совершенных линий,
Особенного света на челе.
Не знаю я, как шествуют богини,
Но милая ступает по земле.

И все ж она уступит тем едва ли,
Кого в сравненьях пышных оболгали.

Теперь, когда все тексты прочтены, группы читают по очереди записанные ответы, не повторяясь, и дополняют свои списки тем, что заметили другие. После этого выполняется следующее задание. Каждая группа, опираясь на общие записи, должна выдвинуть свою аргументированную гипотезу:

• в каком веке могли быть написаны эти стихи;

• в какой стране могли быть написаны эти стихи;

• кто мог бы быть автором этих стихов?

Важно, чтобы каждое положение доказывалось ссылками на особенности текста. Если дети догадались верно, педагог фиксирует это. Если же никто не догадался, отмечаются все верные повороты мысли, но тайна пока остается тайной.

Для выполнения следующего задания нам нужно сформировать новые группы. Для этого учитель предлагает детям вытянуть из коробки новые карточки. На них написаны слова или нарисованы предметы: маятник, книга, скала, волна, цветок. Те, у кого карточки одинаковые, объединяются в одну группу. Все группы получают одинаковый набор сонетов: 55, 56, 59, 60, 63, 65. Все эти сонеты объединены тремя сплетенными темами: творчество, любовь и время. Но детям говорить об этом не нужно.

Каждый участник должен сначала прочитать все полученные тексты про себя и выбрать один. Выбрать нужно тот, который вызывает у читающего наиболее яркий зрительный образ.

Не страшно, если несколько человек выберут один и тот же текст. Выбор каждого соотносится ТОЛЬКО с его личным видением. Теперь, когда тексты выбраны, внутри каждой группы все по очереди читают друг другу вполголоса свои сонеты. Читая, нужно заботиться лишь об одном: чтобы все, благодаря чтению исполнителя, увидели именно ту картину, которая предстала его внутреннему взору. То есть нужно нарисовать словесную картинку: интонацией, ритмом, акцентами и пр. Очень важно, чтобы дети не старались читать правильно, гладко, красиво, а заботились только об одном — сделать свою картинку ВЫПУКЛОЙ!

Каждая группа в результате чтения по кругу выбирает одного чтеца, который будет читать для всего класса. Это должен быть тот исполнитель, при чтении которого вся группа ярче всего увидела конкретные картинки.

Затем чтецы от каждой группы читают для всех. Слушать надо с закрытыми глазами и стараться запомнить все приходящие “видения” как можно подробнее: цвет, свет, фактуру, композицию, настроения, ощущения.

РАБОЧИЙ МАТЕРИАЛ
№ 2

СОНЕТЫ
(перевод С. Маршака)


55

Замшелый мрамор царственных могил
Исчезнет раньше этих веских слов,
В которых я твой образ сохранил.
К ним не пристанет пыль и грязь веков.

Пусть опрокинет статуи война.
Мятеж развеет каменщиков труд,
Но врезанные в память письмена
Бегущие столетья не сотрут.

Ни смерть не увлечет тебя на дно,
Ни темного забвения вражда.
Тебе с потомством дальним суждено,
Мир износив, увидеть день суда.

Итак, до пробуждения живи
В стихах, в сердцах, исполненных любви!

56

Проснись, любовь! Твое ли острие
Тупей, чем жало голода и жажды?
Как ни обильны яства и питье,
Нельзя навек насытиться однажды.

Так и любовь. Ее голодный взгляд
Сегодня утолен до утомленья,
А завтра снова ты огнем объят.
Рожденным для горенья, а не тленья.

Чтобы любовь была нам дорога,
Пусть океаном будет час разлуки.
Пусть двое, выходя на берега,
Один к другому простирают руки.

Пусть зимней стужей будет этот час,
Чтобы весна теплей пригрела нас!

59

Уж если нет на свете новизны,
А есть лишь повторение былого,
И понапрасну мы страдать должны,
Давно рожденное рождая снова, —

Пусть наша память, пробежавши вспять
Пятьсот кругов, что солнце очертило,
Сумеет в древней книге отыскать
Запечатленный в слове лик твой милый.

Тогда б я знал, что думали в те дни
Об этом чуде, сложно совершенном.
Ушли ли мы вперед, или они,
Иль этот мир остался неизменным.

Но верю я, что лучшие слова
В честь меньшего слагались божества!

60

Как движется к земле морской прибой,
Так и ряды бессчетные минут,
Сменяя предыдущие собой,
Поочередно к вечности бегут.

Младенчества новорожденный серп
Стремится к зрелости и, наконец,
Кривых затмений испытав ущерб,
Сдает в борьбе свой золотой венец.

Резец годов у жизни на челе
За полосой проводит полосу.
Все лучшее, что дышит на земле,
Ложится под разящую косу.

Но время не сметет моей строки,
Где ты пребудешь смерти вопреки!

63

Про черный день, когда моя любовь,
Как я теперь, узнает жизни бремя,
Когда с годами оскудеет кровь
И гладкое чело изрежет время,

Когда к обрыву ночи подойдет,
Пройдя полкруга, новое светило,
И потеряет краски небосвод,
В котором солнце только что царило, —

Про черный день оружье я припас,
Чтоб воевать со смертью и забвеньем,
Чтобы любимый образ не угас,
А был примером дальним поколеньям.

Оружье это — черная строка.
В ней все цвета переживут века.

65

Уж если медь, гранит, земля и море
Не устоят, когда придет им срок,
Как может уцелеть, со смертью споря,
Краса твоя — беспомощный цветок?

Как сохранить дыханье розы алой.
Когда осада тяжкая времен
Незыблемые сокрушает скалы
И рушит бронзу статуй и колонн?

О горькое раздумье!.. Где, какое
Для красоты убежище найти?
Как, маятник остановив рукою,
Цвет времени от времени спасти?..

Надежды нет. Но светлый облик милый
Спасут, быть может, черные чернила!

После каждого прочтения группам дается 1 минута на обмен впечатлениями. Слушатели должны рассказать друг другу о самых ярких увиденных во время чтения картинках, старательно обращая внимание на все детали и подробности. Может быть, стоит отметить даже сопутствующие картинке звуки и запахи, ощущение тепла и холода. Каждая группа готовит общий рассказ об увиденном. Может быть, рассказывать будет один человек или все понемножку. Важно, чтобы повествование было выстроено, а одни и те же образы не повторялись, но были раскрыты, обрисованы максимально подробно, разнообразно и глубоко.

Когда группы рассказывают, учитель задает уточняющие вопросы. Его задача – увести детей от общих фраз и шаблонных образов к конкретике, точности, наполненности. Часто приходится спрашивать: “А какой именно цветок ты видел? А какого цвета были лепестки и листья? Он был свежий или слегка увядший? А где он рос? А какого цвета была эта земля? Она казалась рыхлой или твердой? А было ли видно небо? Какое оно было? А откуда падал свет? Он был очень яркий или приглушенный?” И так про каждое из отмеченных видений.

Очень важно также исключить все абстрактные размышления, не связанные с видениями. Если ребенок говорит: “Я вижу старика, который думает о бренности жизни”, – следует спросить: “У него это написано на лбу или ты видишь киноленту видений, которые проносятся у него под черепом? Расскажи лучше о тех чертах лица и особенностях позы, которые наталкивают тебя на подобную догадку ,— опиши ТОЛЬКО ТО, ЧТО МОЖНО УВИДЕТЬ ГЛАЗАМИ!”

Почему это так важно? Потому что рассудок у более-менее повзрослевшего человека всегда стремится сжульничать и подсунуть вместо нашего реального восприятия стереотипные смыслы, которые в виде клише мы уже усвоили от окружающих: из других книг, с экрана, от старших. А нам важно добыть наше подлинное восприятие — пусть странное и необъяснимое, но взаправду родившееся в нашем личном диалоге с автором, без посторонних.

Теперь, когда все картинки зафиксированы в нашем сознании, учитель открывает детям припрятанные дотоле сокровища: реквизит, необходимый для следующей части занятия. Это большие и маленькие куски самых разнообразных тканей: от подкладки и ситца до велюра и шерсти. Это шали, шарфы и платки, искусственные и живые цветы и фрукты, свечки разнообразных форм, вазы всех размеров и цветов, перчатки разных фактур и фасонов, шляпы и шляпки, курительные трубки, бижутерия, горсти блестящих монеток, портмоне, книжки с различными стилями обложек и шрифтов, чашечки, пиалы, бокалы, стаканы и вообще любая посуда, бутылки разного стекла, камушки, ракушки, ленточки, декоративные кинжальчики — словом, всякая всячина, которую вы накопили дома и в кабинете за всю свою жизнь. А кроме того, должно быть много скрепляющих материалов: булавки, скотч, веревки, прищепки, нитки, скрепки и др. Все это должно быть разложено вдоль длинной стены класса так, чтобы всем и всегда было удобно подойти к этому богатству и выбрать необходимое.

Каждая группа должна создать предметную пространственную композицию, которая образно выражает суть всех прочитанных сонетов уже угаданного или еще не угаданного автора. Необходимо напомнить детям, что наше пространство трехмерно и, создавая композицию, следует помнить о вертикали и горизонталях, а также о том, что рассматривать композицию мы будем с трех сторон. Важно убедить участников работы, что нужно как можно больше делать руками, пробовать, смотреть и подправлять и как можно меньше совещаться, договариваться, выдумывать композицию умозрительно. Форма, фактура, цвет подскажут сами гораздо точнее, чем любые умные слова.

Когда работы готовы, все участники урока обходят их по очереди. Авторы и создатели отходят в сторону и полностью замолкают, пока зрители смотрят и обсуждают их работу. А зрители комментируют увиденное, стараясь расшифровать все образы, которые предстают перед ними.

Учитель обращает внимание на детали и задает провокационные вопросы: “Как вам кажется, почему здесь всю композицию окольцовывают перевитые красный и голубой шарфы? Может быть, потому, что страсть и мудрость в этом мире неразделимы!” — “Как вы думаете, почему тут у них рядом опрокинутый бокал и горящий огарочек свечи? Может быть потому, что молодость, счастье, удовольствия в общем уже прошли, но жизнь еще теплится, душа светит неярким, но приятным светом…”

Вот такие примерно диалоги происходят у нас с учениками возле этих композиций.

Только тогда, когда зрители все сказали о конкретной композиции, авторы могут нарушить обет молчания и рассказать о том, что верно угадано, что не увидели и не поняли зрители, а где они увидели даже больше, чем придумали сами авторы. Такого глубинного, что авторы успели только почувствовать, но не успели осознать, бывает обычно очень много. И именно это доставляет всем участникам занятия наибольшее удовольствие.

В этот момент участники начинают понимать, какие творческие возможности скрыты в каждом человеке, как много подлинно интересного таится в нашем подсознании. Учителю крайне важно обратить внимание ребят на то, что, создавая композицию, мы часто интуитивно закладываем в нее гораздо больше, чем можем сформулировать словами. А воспринимающие вычитывают из увиденного еще больше интересного, чем могли предположить авторы. При этом часто в чужих объяснениях мы вдруг слышим то, о чем подумали мимоходом, что почувствовали только на мгновение. Созданный художниками, в данном случае нами, образ всегда шире, глубже, интереснее, чем высказанная словами мысль, образ всегда выражает автора полнее, чем пересказ замысла.

Композиции неизменно дают повод педагогу вывести детей к коротким размышлениям о сути миросозерцания барокко. Тут уже необходимо открыть имя автора, если оно не было угадано прежде, и сказать детям о том, что образы и идеи нового стиля начинают вызревать в недрах Возрождения.

Опираясь на все, вместе пережитое, педагог подчеркивает философичность миросозерцания барокко, осознание двойственности всего сущего, отсутствие однозначных ответов и одномерных образов, ощущение мимолетности человеческой жизни в пространстве и времени Бога и Космоса и в то же время ощущение невероятной наполненности этого существования.

© 2000- NIV