Приглашаем посетить сайт

Cлово "ЭЛЕГИЯ"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЭЛЕГИИ, ЭЛЕГИЯХ, ЭЛЕГИЙ, ЭЛЕГИЮ

Входимость: 69.
Входимость: 64.
Входимость: 47.
Входимость: 34.
Входимость: 34.
Входимость: 29.
Входимость: 28.
Входимость: 27.
Входимость: 26.
Входимость: 24.
Входимость: 23.
Входимость: 23.
Входимость: 23.
Входимость: 22.
Входимость: 21.
Входимость: 21.
Входимость: 20.
Входимость: 20.
Входимость: 19.
Входимость: 19.
Входимость: 18.
Входимость: 18.
Входимость: 18.
Входимость: 17.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 15.
Входимость: 14.
Входимость: 14.
Входимость: 14.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 11.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 9.
Входимость: 8.
Входимость: 8.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 7.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 6.
Входимость: 5.
Входимость: 5.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 69. Размер: 39кб.
Часть текста: было остроумно отмечено, когда-нибудь археологи в песках Африки, может быть, найдут амфору с папирусными отрывками, исписанными весьма "субъективными" строчками [24, 37]. Тогда окажется, что римские элегики не зря считали себя последователями эллинистической поэзии (Prop. III 3, 47—50; III 9, 43—46; Ovid. Ars am. III 329; Trist. I 6, 1—4; Ex Ponto III 1, 57—58 и т. д.). Элегический дистих появился в Риме во II в. до н. э. Его к латинскому языку применил Энний, писавший не на любовные темы. Луцилий этим метром писал книги сатир. Использовали его и неотерики. Последняя часть сборника Катулла написана элегическим дистихом. Кроме коротких стихотворений, мы находим в нем и более длинные (65, 66, 67, 68), которые мы можем считать элегиями или их предшественниками. Особенно элегично 68 стихотворение. Видимо, рождение этого жанра не было ни внезапным, ни механическим процессом. Римская элегия возникла на основе опыта поэзии различных жанров и различных эпох. Поскольку ее главная тема — любовь, обычно ее называют римской любовной элегией. Как и все сочинения античности, элегия имела ясные и определенные признаки жанра: ее авторы свои чувства и переживания выражали не прямо, а используя одни и те же, кочующие из элегии в элегию образы и традиционные типологические "общие места", которые по-гречески называются tovpoi, а по латыни — loci communes. В творчестве всех элегиков мы находим мотивы несчастного бедного поэта, богатого соперника, путешествия, жадности и властности возлюбленной, разлуки, болезни, письма, свидания, запертых дверей [9; 11; 17; 18; 33]. Однако, несмотря на строгие рамки жанра, каждый элегик сумел создать свой поэтический мир. Марк Фабий...
Входимость: 64. Размер: 48кб.
Часть текста: к песням трубадуров и вагантов. Нужно усилие над собой, чтобы увидеть: "свежие образы" гениальных поэтов - в том числе и образ автора - взяты ими у предшественников, порой менее именитых, а потом, освященные их именем, повторены десятками последователей. Конечно, великое не становится менее великим оттого, что строится из типических деталей. И все же, подходя к поэзии античности, средних веков, Возрождения, необходимо помнить, что традиционное для нее важнее, чем оригинальное, и что традиция определяла не только жанр и форму, но и само изображение поэта. Когда Гораций представлял себя читателю эпикурейским мудрецом, бежавшим в скромную сельскую обитель от страстей и соблазнов города, это имело некоторую биографическую основу, - причем поэт скорее сознательно стремился в жизни следовать рисуемому в стихах образу. Когда лицеист Пушкин стилизовал себя иногда под горацианского сельского мудреца, никакой биографической основы за этим не было: было только следование традиции, идущей издалека и воспринятой через "Арзамас". Зато в зрелых стихах именно Пушкин (наряду с Гете) достиг того абсолютного равновесия литературно-традиционного и индивидуально-биографического, которое сделало его создателем новой русской лирики. Но то был рубеж многовекового развития, время, когда индивидуальное, непосредственное вливалось в традиционные формы, как "новое вино в мехи ветхие", разрывая их или обновляя. В римской лирике - начальной точке отсчета для европейской поэзии [1] - ситуация была противоположной: задача состояла в том, чтобы подчинить непосредственную реальность, личную эмоцию, отвоевывавшие себе место в поэзии, упорядоченности искусства. Художническое усилие было столь велико, что от завоеванного однажды нелегко отказывались: оно...
Входимость: 47. Размер: 14кб.
Часть текста: Проперций. Из античной биографии известно, что Альбий Тибулл (около 50-19 гг. до н. э.) происходил из сословия всадников, принимал участие в Аквитанском походе Мессалы (30 г.) и даже получил почетные воинские дары. Однако в элегии он постоянна изображает себя бедняком, ненавидящим кровавые войны. Первый сборник Тибулла посвящен Делии. В первой элегии поэт рисует свой идеал жизни: Пусть собирает другой себе желтого золота горы, Югер за югером пусть пахотной копит земли, Пусть в непрестанном труде он дрожит при врагов приближенье, Сон пусть разгонят ему клики трубы боевой. Мне ж моя бедность пускай сопутствует в жизни спокойной, Только б в моем очаге теплился скромный огонь. Житель села, я весной сажать буду нежные лозы, Пышные буду плоды ласковой холить рукой. (Кн. I, элегия 1, ст. 1-8. Пер. М. Е. Грабарь-Пассек) Он мечтает всю жизнь прожить на лоне природы, совершая старинные сельские обряды и наслаждаясь обществом своей возлюбленной: Слава меня не влечет; лишь Делия вместе была бы, Пусть тогда назовут слабым, ленивым меня. Лишь бы глядеть на...
Входимость: 34. Размер: 72кб.
Часть текста: Это и дало основание Ф. Энгельсу назвать период VII — VI вв. до н. э. эпохой революций в Греции 1 . Началось это движение в восточных областях греческого мира — на побережье Малой Азии и на близлежащих островах, где грекам раньше всего пришлось вступить в соприкосновение с богатыми и имевшими более древнюю культуру народами Востока и Египта. Но вскоре это движение распространилось и на континентальную Грецию. Старая монархия, сохранявшая еще черты первобытной военной демократии, уступили место господству аристократии, а в некоторых местах даже правлению ограниченного круга знатных родов, так называемой «олигархии». Общинная собственность на землю уступала место родовой, а затем и частной индивидуальной собственности. Это открывало простор для частной инициативы и для выдвижения из коллектива индивидуальной личности Возникновение монетной системы в VII в. в Лидии (в Малой Азии) получило быстрое распространение во всей Греции и сразу же изменило весь характер товарооборота и торговли. Это было крупнейшим переворотом в экономических отношениях, и уже у поэта конца VII в. Алкея мы встречаем ссылку на изречение какого-то мудрого Аристодама, что «деньги — это человек» (фр. 101)....
Входимость: 34. Размер: 10кб.
Часть текста: не преклонялся перед цезаризмом и, наоборот, даже выражал скрытую оппозицию ему. До нас дошел сборник, в котором содержались стихи нескольких поэтов. Две первые книги этого сборника, кроме того, еще одна элегия и одна эпиграмма принадлежат Тибуллу. В первой книге пять элегий посвящены Тибуллом его возлюбленной, которую звали, по словам Апулея, Планией, что значит "ясная", но поэт переводит это имя на греческий язык и называет свою милую Делией. В первой и десятой элегиях поэт говорит о своей мечте жить в деревне на лоне природы, в деревне, где царят простота и добрые старые нравы. Тибулл скорбит, что в его время всюду властвуют деньги, ведутся войны и причина войн тоже деньги - жажда наживы. Желтое золото пусть другой собирает и копит, Сотнями держит пускай югеры тучных земель. Вечным трудом боевым грозит ему недруга близость, Сны отгоняет от глаз грохот военной трубы; Ну, а меня пусть бедность ведет по медлительной жизни, Лишь бы пылал мой очаг неугасимым огнем. (I, 1, 1-6, Остроумов.) Осуждая войну, Тибулл на лоне природы готов взяться за сельский труд: Не постыдился бы я приняться порой за мотыгу Или мечом подогнать тихо бредущих волов. Не поленился бы, нет, позабытого маткой козленка Или ягненка домой перенести на груди. (Там же, 29-32). В конце первой элегии Тибулл снова проклинает войны, из-за которых льются слезы людские. В десятой элегии Тибулл снова говорит о ненавистной войне, считая золото, страсть к наживе ее причинами, и воспевает мир: Кто же тот первый, скажи, кто меч ужасающий создал? Как он был дик. и жесток в гневе железном своем! С ним человеческий род узнал войну и убийства, К смерти зловещий был путь самый короткий открыт, Иль тот бедняк неповинен ни в чем? Обратили мы сами Людям во зло этот меч - пугало диких зверей? Золота это соблазн и вина... (I, 10, 1-7). В той же десятой элегии, как и в первой,...

© 2000- NIV